Хаухет.
Органическая память отзывалась неохотно, но зато аппаратная часть была упорядочена так, что Флора определила Веру как редкую аккуратистку, на грани клинических отклонений. Возможно, именно потому им было так сложно найти согласие.
Чип помнил нынешнее тело Славки как напарника Веры, немногословного парня по псевдониму Хех. Корпоративные закладки внимательно следили за тем, чтобы сотрудники “Карфаген Индастрис” не заводили служебных романов, но между Веры и Хехом определенно что-то было.
Являясь высококвалифицированными аналитиками, они ухитрялись обходить ограничения, регулярно флиртуя друг с другом, разве что не встречаясь в свободное время — да и то лишь потому, что не придумали как скрывать такие встречи от коллег.
Наверное, это судьба, подумала Флора. Вере нравится Хех, я без ума от Славки. К их отношениям добавились мы, а к нашим — они. Еще одно дополнительное измерение, чем его объяснять?
Вера откликалась неторопливо. Как аналитик, она следила за допросом Найтингейл, выявила эффект распределенной памяти, а также успела догадаться о той судьбе, которую ей приготовила Валерия Барбат. У нее даже имелся некий план спасения, непонятным образом завязанный на фейковую прошивку Хеха, пришедшего вместе с неким Морганом в это помещение, на слабые и непонятные нынешней Флоре погрешности модели, описывающей Карла Карлсона и Роберта Пескаторе.
Найтингейл попробовала реконструировать сценарий, но быстро наткнулась на аппаратные ограничения чипа.
Такое впечатление, будто Вере помогал кто-то со стороны, подумала Флора. Но контактировала Хаухет только с Барбат и суперкомпьютером…
От дальнейших размышлений девушку отвлек грохот сдвоенного выстрела.
59
Момент… Валерии требовался всего лишь один подходящий случай, чтобы развернуть неудобную для себя ситуацию на сто восемьдесят градусов. Соловьев угрожал карабином, но это крупное оружие — тяжелое, мощное, но не столь удобное для быстрого применения. Вряд ли тело корпоративного аналитика накачано так, что окажется в состоянии быстро направить карабин в цель и произвести выстрел.
Барбат попробовала расслабить мышцы перед решительным рывком, успокоить сознание, привести себя в надлежащее расположение духа. Время играло на ее стороне, Вячеслав отвлекся на свою старую любовь, позволив Валерии чуть изменить положение тела на более пригодное для быстрой стрельбы.
У него тоже много тел, с тревогой и каким-то иррациональным азартом подумала магрибинка. Недостаточно убить Сильвера только раз. Это надо делать снова и снова. Он не обладает абсолютным бессмертием и уязвим, как любой другой человек. С минуты на минуту начнется бескомпромиссная охота, которая в состоянии растянуться на века.
От мысли про грядущий многомерный поединок, распределенный на сотни и тысячи тел, Валерия испытала что-то вроде оргазма.
Да будет так, хотелось воскликнуть ей в момент выстрела, но тут нужна была скорость, а не пафос. Время для пафоса придет много позже, пообещала себе Барбат, прикидывая, в какую часть тела лучше целиться.
Верней всего было бы целиться в голову, но так легко промахнуться. Ведь для управления мышцами тела даже чип не подключить. Если противник взломал расширенную реальность, он и в аппаратную поддержку может вмешаться.
Выстрел в корпус, даже разрывающий на клочки сердце, тоже оставлял Сильверу шанс свести перестрелку к ничейному исходу. Неповрежденный чип мог иметь что-то вроде алгоритма “мертвой руки”, это следовало учитывать при планировании.
К счастью, у Валерии имелась при себе граната, срабатывание которой перезагружало чипы и выводило их из строя, на срок от нескольких секунд до минуты.
Пусть только Сильвер-Соловьев приблизится, чем меньше расстояние, тем сильнее нивелируются преимущества карабина.
Ждать пришлось недолго. Мужчина повернулся к Валерии, сделал шаг в ее сторону.
Недостаточно…
Отчего-то, вместо естественного общения голосом, Сильвер предпочел сетевое соединение.
— Ну и зачем ты все это устроила?
Сеть не передавала интонаций, только чистый текст, проявляющийся в одном из окон, озвучиваемый при желании программами на чипе. Но Валерия буквально ощутила те самые интонации, с которыми распрощалась чуть менее четырех лет назад. Спокойные, вежливые, но за которыми ждала своего часа сила, готовая расставить все по своим местам.
Почему сеть? Какая-то форма скрытой программной атаки, отвлечение внимания или же Сильвер не хотел, чтобы их разговор услышала эта несносная Найтингейл, взломанная и загнанная в ловушку?
Памятуя о том, что лучшей защитой является нападение Валерия сформировала ответное сообщение:
— После того как ты предпочел северное побережье южному, мне пришлось самостоятельно искать подходы к вопросу трансляции опыта из одной головы в другую. Помнишь ведь, именно такая постановка вопроса прозвучала на той конференции. Мы хотели всего лишь повысить эффективность своих сотрудников, перейти от длительного обучения на виртуальных моделях к прямой передаче аппаратными методами.
— Долгий путь от проблем повышения квалификации до злодейского антуража в подземельях?
Сильвер сопроводил текст одним из ироничных смайликов, отчего Валерия пришла в ярость. Это она должна была выводить собеседника из равновесия! Она, а не выскочивший как чертик из коробочки Соловей-разбойник.
Непроизвольно подавшись вперед Валерия наткнулась на встречное движение карабина. Нет, этот раунд предварительный, он не в счет.
— Четырнадцать смежных патентов, дорогой. А подземелья "Паталы", лишь вынужденная необходимость. Защита от промышленного шпионажа, маскировка одних задач другими. Сам же понимаешь, насколько велики ставки по данному направлению разработок.
— И секретность такая, что ради нее надо вступать в тайные и не санкционированные руководством корпорации переговоры с Логистическим Союзом, а также похищать своих же сотрудников на опыты. Я многое могу понять, но ты подделала мои визитки для того, чтобы заманить к себе головолома и боевика.
Валерии страшно захотелось покончить с Сильвером прямо сейчас. К черту осторожность и смертельный риск! Две ее копии уже загрузились в дурочек-директорочек.
Если бы не блокировка сети, множественность памяти уже вовсю ощущалась бы, в прямом эфире и с минимальными задержками.
Но если умереть вот так, без возможности отправить будущей себе воспоминания о Сильвере. А значит, у противника сохранится преимущество в неожиданности.
— И давно ты за мною следишь?
Реплика получилась короткой, нейтральной, позволяющей тянуть время в поисках того хода, который откроет путь к победе. Но и откровенность Сильвера тоже была полезной. О противнике лучше знать как можно больше. Пусть говорит — это полезно.
— Со второй или третьей серии первого сезона, — печально улыбнулся Сильвер. — Желание узнать, кто же тебя прикончил, естественно для любого человека. Только некоторые могут его удовлетворить, а кто-то заранее не успел. А уж когда пришлось класть цветы на могилу к любимой женщине, это стало делом принципа.
Валерия посмотрела в глаза мужчине и ощутила, что тот готов убить ее в любой момент.
Обычному человеку, для того чтобы лишить жизни другого, необходимо какое-то внутреннее усилие, не все могут легко переступить этот психический барьер. Нужно
